Абдухамитов В.А. доктор юридических наук, доцент, руководитель научно-исследовательского центра по противодействию экстремизму и терроризму при кафедре уголовного права Российско-Таджикского (Славянского) университета, г. Душанбе, Республика Таджикистан 

Аннотация. В статье исследуется совершение такого преступления, как религиозный экстремизм, рассматриваются меры уголовно-правового воздействия на преступность, связанную с религиозным экстремизмом. Отмечается об общественной опасности указанного преступления в Таджикистане.

Ключевые слова: национальная безопасность, преступность, экстремизм, религиозный экстремизм, терроризм.

Annotation. The article examines the Commission of such crime as religious extremism, considers the measures of criminal and legal impact on crime associated with religious extremism. It is noted about the public danger of this crime in Tajikistan.

Key words: national security, crime, extremism, religious extremism, terrorism.

Проблема обеспечения национальной безопасности Республики Таджикистан имеет комплексный, многогранный характер и непосредственно связана с необходимостью защиты личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз во всех сферах жизнедеятельности (социально-экономической, экологической, информационной, духовной и т.п.).

Согласно единой Концепции Республики Таджикистан по борьбе с терроризмом и экстремизмом, утвержденной Указом Президента Республики Таджикистан от 28 марта 2006 г., №1717[1], Республика Таджикистан рассматривает борьбу с терроризмом   и экстремизмом как важнейшую задачу обеспечения своей национальной безопасности и всего мира, и выступает за дальнейшее   усиление взаимодействия   на   данном   направлении.

В научно-исследовательской литературе нет единого мнения о видах и формах экстремизма. Например, Б.К. Мартыненко и Р. Тамаев указывают на то, что существуют три основные формы экстремизма: политический, национальный, религиозный[2]. Н.В. Волков наряду с указанными формами выделяет этнический экстремизм[3]. Однако В.А. Пономаренков и М.А. Яворский считают, что «здесь налицо подмена категорий «форма" и «вид»[4].

Религиозный экстремизм предопределяется идеологическими (религиозными) установками на создание независимого теократического государства или же территориальной автономии по конфессиональному принципу (например, исламское движение «Братья-мусульмане» в странах Ближнего Востока, религиозная секта "Аум Синрике" в Японии, протестантская "Ультра" в Северной Ирландии и пр.).

В последние годы в Республике Таджикистан значительно актуализировалась проблема религиозного экстремизма. Связано это как с внутренними факторами, породившими политическую нестабильность и сепаратистские тенденции в отдельных регионах, так и с внешним воздействием со стороны государств и организаций, заинтересованных в дестабилизации политической ситуации на территории Республики Таджикистан.

Религиозный экстремизм редко проявляется в чистом виде. Обычно он действует в содружестве с национализмом, сепаратизмом и социальным популизмом, играя главную роль как наиболее яростная боевая сила, способная консолидировать на общей платформе, освятить неправедное дело авторитетом великой религии, отсюда его особая ценность в альянсах, нацеленных на внутреннюю дестабилизацию и международные конфликты[5].

На современном этапе развития государственности и общества угрозы национальной безопасности Республики Таджикистан носят преимущественно внутренний характер. Поэтому важнейшим направлением обеспечения национальной безопасности Республики Таджикистан является борьба с внутренней преступностью, обеспечение государственной, общественной безопасности и охрана общественного порядка. По существу, от того, как обеспечивается безопасность общества, ведется борьба с такими организованными формами преступности, как терроризм, экстремизм, бандитизм, захват заложников и т.п., представляющими реальную угрозу общественной безопасности как составной части национальной безопасности, зависит будущее государства.

Существенную угрозу национальной безопасности представляет наиболее опасная форма организованной преступной деятельности - экстремизм, включая его крайнюю форму - терроризм[6]. Поэтому, в настоящее время противодействие экстремизму как идеологии нетерпимости, возбуждения ненависти либо вражды, унижения достоинства человека либо группы лиц по признакам расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе является важнейшим направлением обеспечения национальной безопасности Республики Таджикистан. Современный религиозный экстремизм, составными элементами которого выступают нетерпимость и вражда, отрицая этническое и религиозное многообразие, составляющее важнейший фактор исторического развития Таджикистана, угрожает безопасности общества (безопасному сосуществованию наций и социальных групп) и государства, нарушает права человека, препятствует достижению гражданского согласия, подрывает устои демократического и правового государства.

Несмотря на то что в последние годы властями Республики Таджикистан был предпринят ряд правовых и организационных мер, направленных на противодействие экстремизму (например, принят Закон РТ от 8 декабря 2003 г. «О борьбе с экстремизмом»[7], внесены соответствующие изменения и дополнения в УК РТ), количество преступлений религиозно-экстремистского характера, не сокращается.

В.А. Бурковская, исследовав религиозный экстремизм как часть экстремизма, определяет его в виде социального явления, существующе­го в таких взаимосвязанных формах, как рели­гиозное сознание, религиозная идеология, дея­тельность по реализации религиозной доктрины (провозглашенной единственно истинной), орга­низационные формы осуществления религиоз­ной доктрины (например, тоталитарные секты)^[8]. Можно согласиться с пониманием экстремизма как деформированного общественного и индиви­дуального сознания и идеологии. Однако полага­ем, что деятельность и форму ее осуществления все же следует рассматривать самостоятельно. Хотя психологические процессы и внешнее дея­ние тесным образом связаны (деяние является результатом психологических процессов), все же отождествлять их нельзя.

И далее, В.А. Бурковская, говоря о крими­нальном религиозном экстремизме, определяет его как целостную систему признанных престу­плениями общественно опасных деяний, направ­ленных на формирование и распространение любыми способами религиозных идей, произ­вольно объявленных истинными в ущерб всем иным религиозным или светским идеям, а также на реализацию этих идей уголовно наказуемыми способами^[9].

То есть в данном случае смешиваются кри­минологический и уголовно-правовой подходы к дефиниции экстремизма, поскольку в одном слу­чае экстремизм рассматривается как негативное социальное явление, а в другом - как совокуп­ность деяний.

Таким образом, в завершении необходимо отметить, что деятельность экстремистски настроенных лиц (в том числе несовершеннолетних), их организованных групп, пропагандирующих и реализующих экстремистские идеи в обществе, а также лиц, финансирующих экстремизм, должностных лиц, оказывающих содействие экстремистам, "прикрывающих" их или преступно бездействующих в борьбе с экстремизмом, носит антиконституционный характер и представляет реальную угрозу национальной безопасности РТ.

Существующие реалии в сфере экстремистской преступности требуют профилактических мер по пресечению экстремистских действий антигосударственной направленности и привлечению лиц, причастных к их совершению, к уголовной ответственности.

[1] Концепции РТ по борьбе с терроризмом и экстремизмом, утвержденной Указом Президента РТ от 28 марта 2006 г. №1717.

[2]См.: Мартыненко Б.К. Политический терроризм: понятие, признаки, классификация // Северо-Кавказский юридический вестник. 1999. N 7. С. 66 - 74; Тамаев Р. Борьба с экстремизмом: необходимо международное сотрудничество // Законность. 2007. N 6. С. 57.

[3]См.: Волков Н.В. Экстремизм как крайняя форма сепаратизма: проблема определения социально-правовой сущности феномена // История государства и права. 2006. №9. С. 5.

[4]Пономаренков В.А., Яворский М.А. Сущностная характеристика современного экстремизма // Юридический мир. 2008. №2. С. 42.

[5]См.: Фридинский С.Н. Религиозный экстремизм как идеология, используемая при совершении преступлений экстремистской направленности // Российский следователь. 2008. №12. С. 25.

[6] См.: Мусаелян М.Ф. Террористический акт: уголовно-правовой аспект. М., 2009. С. 40.

[7] Закон РТ от 08.12. 2003 г. «О борьбе с экстремизмом» // Ахбори Маджлиси Оли РТ. – 2003. – №12. – Ст.697. 692.с.

^[8]См.: Этно -религиозный терроризм / Под ред. Ю.М. Антоняна. М., 2006. С. 57.

^[9]См.: Этно -религиозный терроризм / Под ред. Ю.М. Антоняна. М., 2006. С. 58.